Межрасовые браки

Мне бы хотелось поделиться своими мыслями с теми, кто интересуется проблемой межрасовых браков, так как я испытал на себе трудности при вступлении в брак в 2003 году. К написанию этой статьи меня побудили многочисленные факты об иностранцах, которые взяли жен русской, татарской, украинской и других национальностей. Дело в том, что во многих статьях, написанных не иностранцами, раскрывается не вся правда, по той причине, что русские часто смотрят на проблему браков с иностранцами поверхностно и однобоко, не принимая во внимание то, с чем сталкиваемся мы, иностранцы, по этому поводу.

Все субъективные моменты, которые возникают при написании статей без каких-либо глубоких исследований в данной области, говорят о том, что данная проблема плохо знакома, и люди, пишущие на эту тему, очень далеки от реальности. При моем вступлении в брак с россиянкой я не встретил одобрения ни со стороны моих родственников, ни со стороны посольства, ни со стороны родителей моей жены, но с последними мы все-таки нашли в конечном итоге общий язык. Меня поразило то, что при оформлении брака во Дворце бракосочетания потребовали письмо из нашего посольства, свидетельствующее о том, что я не состоял в браке с кем-либо раньше; оказывается, такой порядок позволяет в будущем признать незаконности брака в случае, если имеется другая жена, а также избежать заключения фиктивных браков. При отсутствии этого свидетельства из посольства как единственного официального представительства нашей страны, имеющей дипломатические отношения с Российской Федерацией, брак не может состояться, так как этот документ должен иметь изображение официального герба страны, печать и подпись исполняющего обязанности посла. Из беседы с послом Намибии Мартином Капеваша мне стало ясно, что он не одобряет моего намерения. Мне и другим намибийским студентам, которые просили выдать такое же свидетельство, было сказано, что мы не можем получить от посла «благословения» на брак. Он утверждал, что «нам не нужны новые иностранцы», так как «у нас их и так много», и вообще, это ваши личные дела, в которых посольство не обязано принимать участия. Нам было рекомендовано обратиться с просьбой о получении письма, «разрешающего вступать в брак», к родным, а миссия посольства здесь, в РФ, не имеет никакого отношения к решению семейных вопросов.

В ответ на слова посла я сказал, что женюсь на русской не для того, чтобы бросать учебу и оставаться в России, а для того, чтобы укреплять наши дружественные отношения, участвовать в развитии международного сотрудничества, которое имеет планетарное значение. Это высказывание не вызвало понимания. Мне пришлось задуматься о том, что делать дальше. Ситуация ухудшалась, и мне потребовалось некоторое время ждать, так как у меня не было никаких документов, заверенных до бракосочетания в консульской службе при МИД. Я обратился с просьбой к сотрудникам данной службы, чтобы они разъяснили посольству, что федеральный закон требует письмо не от родителей и не от Министерства образования страны, а от самого посольства. Секретарь там мне сказала: «Разбирайтесь сами и потом приходите, когда у вас будут все документы на руках».

Все это было тяжелым испытанием для меня и для супруги, находящейся на 7-м месяце беременности. Но мы поставили себе цель иметь законнорожденного ребенка и смогли преодолеть эту абсурдную ситуацию, связанную с предубеждениямии подозрительностью. В конечном счете нам удалось оформить все необходимые бумаги и вступить в законный брак. Несмотря на все преграды, мы смогли вступить в брак 5-го августа, еще до рождения ребенка. Мы все-таки получили ходатайство и часть стипендии после письменного обращения к послу, и нужно отметить, что для этого мне пришлось обращаться с жалобой на посла в Министерство иностранных дел Намибии.

Очень жаль, что предрассудки и устойчивые бюрократические препятствия до сих пор существуют.

 

Петрус Индонго

РУДН