Человек живет словами...

Напрасно думают многие школьники, да и иные взрослые, что только в школе, "проходя" того или иного классика, нужно вслушиваться в слова персонажа, анализировать, как он строит фразы.

Вовсе нет! И в реальной жизни, встречаясь с друзьями, родственниками, коллегами, просто со случайными прохожими, мы невольно реагируем на то, что и, главное, как они говорят!

Согласитесь, вам будет не очень приятно, если просьбу пробить талончик пассажир сопроводит обращением: "Эй!", "Эй вы", "Эй вы, в очках, (с усами)!" Вы расцените такое обращение как невежливость (вот вам и ошибка речи говорящего) и вряд ли с удовольствием выполните просьбу этого пассажира.

Употребление языковых средств, предпочтение определенных слов и синтаксических конструкций лингвисты называют речевым поведением говорящего//пишущего.

Речевое поведение - неотъемлемая часть поведения человека. Очень часто по манере говорить//писать, по тому, как человек строит фразу, какие слова предпочитает в разговоре с разными людьми или на письме, судят не только о речевой культуре говорящего//пишущего, но и об уровне его общей культуры.

Уместно напомнить один эпизод из книги Корнея Чуковского "Живой как жизнь": "Какая-то "дама с собачкой", - писал автор, - одетая нарядно и со вкусом, хотела показать своим новым знакомым, какой у нее дрессированный пудель, крикнула ему повелительно - Ляжь!..<...> В этом "ляжь", - продолжает К. Чуковский, - отпечаток такой темной среды, что человек, претендующий на причастность к культуре, сразу обнаруживает своё самозванство, едва только произнесет это слово".

А какой психологический, даже культурно-психологический портрет вполне интеллигентного вида девушек можно составить, услышав их обсуждение вчерашней дискотеки: "А Витька-то, оказывается, вовсе и не лох. Он такой обалденный!.." - "Ну ты даешь, блин! Совсем охренела?! Кто прикольный мужик на вчерашней тусовке - так это ди-джей..."

Небрежная, нарочито грубая, приблатнённая речь недвусмысленно говорит об их приземлённом восприятии окружающих, о том, что они слепо и неразборчиво подражают современной языковой моде низкого пошиба. Нечего говорить и о внутреннем такте, душевной мягкости, о хорошем, тонком языковом вкусе.

Нередко довольно одного оброненного слова, неверно поставленного ударения, чтобы составить представление о культурном уровне человека, о его отношении к товарищам и коллегам.

Вы, наверное, замечали, что к строгому начальнику обычно обращаются, четко проговаривая его имя-отчество, слова "здравствуйте", "пожалуйста": "Здравствуйте, Павел Павлович! Скажите, пожалуйста..." А к человеку доступному, доброму или не пользующемуся уважением нередко обращаются, произнося его имя-отчество в редуцированном, сокращенном виде: Пал Палыч, Анна Ванна (помните, в стихах Агнии Барто дети, обращаясь к доброй, приветливой женщине-бригадиру на свиноферме, говорят: "Анна Ванна, наш отряд // Хочет видеть поросят" - при этом "здравствуйте" выговаривается как "здрасьте", а "пожалуйста" как "пъжалуста").

Но за такой дружеской, мягкой фамильярностью чаще всего стоит признание окружающими душевных достоинств "адресата" речи, искреннее, сердечное к нему расположение. Замечательного ученого и прекрасного, доброго человека, вместе с тем взыскательнейшего учителя, профессора Александра Александровича Реформатского младшие коллеги и ученики называли "Сан Саныч".

А вот иллюстрация из современной беллетристики - из "вполне романа" М. Арбатовой "Визит нестарой дамы". Главная героиня, от имени которой ведется повествование, рассказывает об одном разговоре с женой любовника: "...Тут она берет трубку, я говорю, мол, с мужем договорилась, он согласен... Она говорит: "очень прекрасно". Для меня было психолингвистической загадкой, как можно спать с человеком, который говорит "очень прекрасно"..." Обращает на себя внимание комментарий ответа по телефону: "очень прекрасно". Через эту, достаточно неожиданную, реакцию главной героини на слова "очень прекрасно" автор очень емко и точно даёт характеристику женщине, для которой такое словосочетание является нормой.

Они действительно свидетельствуют о её скудном словарном запасе и весьма ограниченном образовательном цензе: "прекрасно" и есть в данном контексте "очень хорошо"; "очень прекрасно" - "очень-очень хорошо". Таким образом, сочетание "очень прекрасно" - это тавтология, представляющая собой лексико-стилистическую ошибку. Достаточно говорить просто "прекрасно".

Профессор С. И. Ожегов - автор знаменитого однотомного "Словаря русского языка" - называл грубые речевые ошибки, серьезные отступления от литературной нормы "лакмусовыми бумажками" речевой культуры. Они - безошибочные свидетельства низкого уровня культуры речи говорящего//пишущего. В наши дни такими "лакмусовыми бумажками" являются, например, "зво/нит", "вылазит", "свекла/", "ложи", "облазит" (кожа от загара); обле/гчить", "опреде/лимся, "заклю/чим", "блин", "иди ты", "ну ты даёшь", "прикол"; ''прикид", "не подскажете", "прикольный", "отвалить", "тащусь от тебя" и т. п. Так же как во времена Чехова подобными "лакмусовыми бумажками" были, к примеру, употребление "лакейского" "они" вместо "он", "хочут" вместо "хотят" - вспомните крылатую фразу из чеховской "Свадьбы": "Они хочут свою образованность показать".

Писатели, люди особенно чуткие к языку, часто характеризуют своих персонажей или даже знакомых в мемуарах, давая оценку их манере говорить. Так, П. Павленко в романе "Счастье", описывая "отвоевавшегося" чиновника Боярышникова, обращает внимание прежде всего на его манеру выражать мысль: Мысль его не умела ветвиться придаточными предложениями, а была коротка, как палка".

"Воропаев, - продолжает автор, - уже за одно это неумение пользоваться языком, за пренебрежение к густым, размашистым, разнообразно вьющимся образам, которые так характерны для русской речи и составляют ее главную прелесть, бешено ненавидел Боярышникова". А. М. Горький описывает как отличительную черту одного из своих современников его "блестящее умение, с которым он владел афоризмом, этой характерной особенностью подлинной русской речи": "Точно фольклорист, он знал бесчисленное количество пословиц, поговорок, артистически вплетал их в свою яркую речь, однако не перегружал ее... слушать его было наслаждением".

Симптоматичны отзывы современников о манере говорить И. С. Тургенева: "...В самом звучании его фраз было нечто чарующее для слуха и для чувства; вы ощущали себя легко и свободно, как будто знали собеседника с детства... главным очарованием тургеневской речи было вызываемое ею полное доверие, свободное и естественное течение ясной и сильной мысли и, пожалуй, больше всего - полное отсутствие в его речи какого-либо усилия, стремления к блеску и эффекту.<...> Эти золотые изречения, не заключающие в себе ни одной громкой или вульгарной фразы, эти суждения, точные, правдивые и логичные, с неумолимым презрением клеймящие всякую ложь, даже в искусстве..." В этих отзывах в полной мере находит подтверждение тезис "стиль - это человек".

Ю. А. Бельчиков (Грамота.РУ)